пятница, 28 сентября 2012 г.

Изба Кудымова, музей под открытым небом.

Даже по нашим меркам, домик с пристроенными хозяйственными постройками занимает  не мало места.


При визуальном осмотре - кровля дерево, водосточные желоба из дерева так же присутствуют везде, даже на крыше крыльца.
Фундамент из камня, стоит такой "коттедж" уже пару сотен лет, еще и переезд вытерпел.
Умели раньше строить.
Состоит из двух встроенных срубов.
Также с тыльной стороны дома, во дворе можно заметить крытый двор, который примыкает к основной усадьбе.



Изба как главный костяк, к ней пристроен хозяйственный двор, в котором помещение делится на верхнюю и нижнюю часть.
Вверху находился сеновал, для хранения заготовленной, высушенной травы для скота.
В нижней части двора размещались животные - коровы, овцы, стояли клетки с курами, яйцо только что снесенное яйцо, с  утра всегда было в рационе у жителей Пармы.
С улицы на сеновал был построен подъезд, который помогал осуществить подъезд  для телеги.
Сдали задом телегу, вывалили бабу с воза - кобыле легче.
Это позволяло местным кулака снижать издержки, богатеть и ждать прихода революционных масс, которые их раскулачили.
Интересно, ипотеку оформляли, строили сами долгие года или сразу за черный нал купили?

Внутри вполне комфортная высота, даже для нас акселератов.



Стол, лавки, туески с провизией, как всегда люлька на шесте для младенца.
Фото другой половины дома, там замечаем ткацкий станок.
Естественное освещение в избе отличное, умели наши предки  строить дома и использовать короткий световой день.
А то понастроили хрущевок и брежневок, стоят не понятно как, солнечный свет в квартирах отсутствует, даже как тема в беседе.
Темно всегда, как сами знаете где и у кого.



И тут цивилизация свои "грязные руки" протянула, провода по наружке, в коробке.


Стоят бочонки, висит на стене одежда.
Читайте на здоровье, вот сама табличка на доме Кудымова, Хохловка.


Усадьба коми - пермяцкого крестьянина.
Северо - Западное Прикамье.
Дом построен в середине 19 Века, в Юсьвенском районе, Коми - Пермяцкий округ.

Стоял себе, люди в нем жили.
Затем прошел ураган истории, вот как описывает это один проживающий рядом:

Мальчишки двадцатых годов жили одновременно в двух мирах: старом, с трудом и нехотя уходившем в прошлое, и новом, только что зарождавшемся.
Не представляли исключения и ребята нашего Соликамского уезда (ныне Кудымкарский район) Пермской губернии.
О прежних хозяевах жизни у старших оставались лишь недобрые воспоминания.
Словно и не было их, разных богатеев — всех этих купцов, помещиков да приказчиков, сметенных революцией и недавно окончившейся гражданской войной.
Но люди еще делились на зажиточных и «голь перекатную», в обиходе были ненавистные для нас, 10–12-летних, слова «кулак» и «мироед», а потом появилось еще одно — «нэпман».
Что это осколки старого мира, обреченные историей на гибель, мы, школьники, знали куда лучше, чем наши домашние.
Но как доказать, убедить в этом своих, соседей?
Как заставить их не ходить на поклон к классовому врагу, не просить у кулаков мучицы, зерна, картошки, за которые весной придется батрачить?
Уроки политграмоты в школе-пятилетке, которая была в начале двадцатых годов в нашем селе Верх-Юсьва, воспитывали у ребят классовое чутье.
Дома я тоже проводил агитацию, но до матери она не доходила.
Мать молча слушала, качала головой от удивления, когда я с возмущением рассказывал, как бессовестно наживаются за счет трудового крестьянства сельские богатеи, а сама продолжала свое.
Больше всего я боялся, что рано или поздно в школе узнают, что мать то и дело ходит к зажиточным односельчанам отрабатывать за подаяния — убирать скотные дворы, унавоживать огороды, обстирывать целые семьи.
Мне, пионеру и отличнику, очень хотелось убедить свою несознательную мать. Но голод — не тетка.





Комментариев нет:

Отправить комментарий